| На берегах Волги за Горьким на протяжении десятков километров идут селения, в которых с давних пор от отцов к детям передается профессия речника. Отсюда вышли многие судостроители, судоремонтники, лоцманы, шкиперы, капитаны. Таково село Кадницы и расположенный против него затон "Память Парижской коммуны", таков районный центр Работки.
Слева от нас - устье лесной реки Керженец.
Мы читали о ней у Короленко: "Если вы посмотрите на карте нижнее течение Керженца, то увидите огромную пустую площадь, по которой вьется зигзагами наша река. Ни сел, ни деревень, ни одной надписи... Кое-где проведены речки, больше наудачу, чтобы заполнить чем-нибудь эту пустоту. В натуре - это настоящая пустыня на всем пространстве между Керженцем и Ветлугой..."
Короленко дал нисколько не преувеличенную картину. Ему было с чем сравнить Керженец. Писатель видел сибирскую дикую тайгу, безлюдные просторы Якутии. Он сам бродил и в керженских сырых лесах, где таились некогда скиты раскольников, скрывавшихся от преследования.
Ныне на Керженце построена межколхозная Зименковская гидроэлектростанция. Через керженские леса идут провода к колхозным селам, к лесоразработкам. На реке - лесные рейды. Судостроительный и строевой лес доставляется к Керженцу узкоколейкой, и свисток паровоза будит тишину еловой чащобы.
МТС с мощным тракторным парком помогают колхозам на Керженце выращивать богатые урожаи.
Керженец прибегает к Волге оттуда, где, по словам бытописателя этих мест Мельникова-Печерского, Русь "исстари уселась по лесам и болотам". Многие кормились здесь лесным промыслом. Именно отсюда до революции расходилось по всей России 150-170 миллионов деревянных ложек в год. Здесь родилось чудесное искусство Хохломы - яркая самобытная роспись по дереву. Мы видим ее в оформлении фирменных табачных магазинов; расписанные в Хохломе деревянные кубки, ковши, вазы, коробки, игрушки пользуются широким спросом.
|
Речные круизы
